Что будет с госбанками

Сергей Рыбалка, председатель комитета Верховной Рады по вопросам финансовой политики и банковской деятельности, фракция РП

Очевидно, у правительства нет экономической стратегии, и за последние два года мало сделано для будущего роста.

Вопрос даже не в том, надо ли менять Кабмин. Важнее ответить на вопрос, какие цели у него будут.

В этой статье поясню важность постановки правильных целей и выбора инструментов их достижения на примере государственных банков.

За последние 24 года Украина показала наихудшие результаты в мире — ее экономика сократилась более чем на 40%.

За это же время, за редким исключением, большинство стран ушло далеко вперед. Мировая экономика увеличилась в 2,33 раза. Азиатские лидеры выросли в среднем в шесть раз, а номинальный ВВП Китая — примерно в 26 раз.

Наш технологический уровень продолжает ухудшаться. По данным доклада Национального института стратегических исследований, на начало 2014 года средняя степень изношенности основных фондов достигла 77,3%.

Знаменитый норвежский экономист Эрик Райнерт пишет, что возможность защитить свою обрабатывающую промышленность и сектор продвинутых услуг — единственная политика, которая в последние 500 лет обеспечивала странам успешное экономическое развитие.

Опыт многих стран показал: только борьбы с коррупцией, защиты права собственности и дерегуляции недостаточно. Для повышения благосостояния граждан также нужна многоуровневая система институтов и отдельных стимулов для увеличения доли предприятий с более высокой добавленной стоимостью.

Лучше продавать самолеты, чем руду, иначе сползание в бедность продолжится даже при восстановлении экономического роста.

Как мы заинтересуем инвесторов создавать высокотехнологичные производства? Как избавляться от статуса сырьевой экономики? Только имея ответы на эти вопросы, мы получим желаемые результаты от любых реформ.

В то же время финансовая стабилизация последнего года достигается ценой удушения производства. В банковской системе деньги есть — глава НБУ отмечает рекордный уровень ликвидности. Однако власть не создает условий, чтобы направить ее в реальный сектор.

Наоборот, Минфин и НБУ сознательно собирают «чрезмерную» ликвидность через депозитные сертификаты и ОВГЗ. Так может продолжаться долго. От одного политического кризиса — к следующему, от одного транша МВФ — к другому.

Успешные страны используют разные методы антикризисного восстановления экономики — от вложений в инфраструктуру до льготного кредитования приоритетных отраслей. Они следуют долгосрочному плану с четкими структурными показателями. Яркий пример — энергетическая стратегия ЕС.

В жестком мире ВТО у нас осталось немного инструментов для конструирования своего развития. В 2015 году мы упустили шанс провести кардинальную налоговую реформу, чтобы дать существенный толчок экономике.

Нам также важно обеспечить ее дешевым кредитным ресурсом. Для этого правительство и НБУ обязаны создать дополнительные инструменты и увеличить финансирование в рамках существующих инструментов.

Например, на проект компенсации затрат на тепловую модернизацию жилищного фонда, который финансируется при участии ЕБРР, Кабмин должен выделять в год не сотню миллионов, а миллиарды. При условии использования преимущественно отечественных материалов и оборудования будет двойной эффект: снижение потребления энергии и толчок к запуску производств.

Это же касается инфраструктурных проектов и приоритетных секторов в машиностроении, IT-отрасли, фармацевтике. Где брать на это ресурсы и как их умело распределить в ближайшие годы — отдельный важный вопрос, на который мы и должны ответить в системных стратегических документах.

Банк развития

Для конструирования будущего экономики важна роль госбанков. Опыт развитых и развивающихся стран доказал их позитивную антикризисную роль.

Главная цель госбанков — стать эффективными инструментами промышленной политики. В первую очередь, речь о так называемых банках развития.

Еще с 19 века их использовали многие сегодняшние развитые страны и послевоенные Япония и Германия. Так делали и делают множество других государств. Сегодня в мире более 500 банков развития — преимущественно полностью государственных или с преобладающей долей госсобственности.

Речь идет о стимулировании долгосрочного кредитования приоритетных отраслей промышленности, инфраструктурных проектов и регионального развития.

Особенно удачным примером считается опыт Южной Кореи, которая в 1954 году создала Банк развития Кореи, а в 1967 году — Корейскую финансовую корпорацию развития на основе крупного кредита Мирового банка.

Они содействовали ускорению индустриализации и общего роста корейской экономики, которая за несколько десятилетий прошла путь от отсталой аграрной страны до лидера в высоких технологиях.

Как послевоенная Германия направляла иностранную помощь в рамках Плана Маршалла в специальный фонд развития, а не на покрытие дефицита бюджета, так и Украине необходимо создать свой госбанк развития.

Там можно аккумулировать международную финансовую помощь, ресурсы от приватизации и прямые бюджетные вливания для предоставления дешевых долгосрочных кредитов и совместного финансирования приоритетных инфраструктурных и производственных проектов.

Широкомасштабное кредитование малого бизнеса

Также необходимо учреждение для кредитования малого бизнеса. Важнейшую роль таких проектов доказал успешный мировой опыт, например, лауреата Нобелевской премии, одного из «отцов» микрокредитования Мухаммада Юнуса.

Речь не только о масштабном проекте льготного кредитования, но и о доступе к госзакупкам и информационной поддержке. Важно помогать людям открывать свое дело, снижая безработицу. В долгосрочной перспективе — стимулировать экономическую активность граждан и расширять внутренний спрос.

Система стимулирования экспорта 

С усилением глобализации значительно ужесточилась конкуренция, поэтому в большинстве стран работают системы государственной поддержки экспорта.

На фоне войны на Донбассе, сокращения товарооборота с РФ и падения цен в мире на сырье Украина три года подряд теряет свой экспорт. Это серьезный удар по экономическим перспективам. Мы стали еще более открытыми для импорта после вступления в силу соглашения о зоне свободной торговли с ЕС.

В таких условиях мы обязаны использовать элементарные инструменты стимулирования экспорта. После двух лет работы правительство так и не представило экспортную стратегию.

О важности создания Экспортно-кредитного агентства мы говорим уже более года, в том числе — на всех встречах с руководителями Кабмина. Надеюсь, в ближайшее время мы примем в парламенте соответствующий закон.

24 ноября 2015 года мы приняли за основу законопроект №2142а, инициаторами которого стали представители нашей фракции, а соавторами — полтора десятка коллег из других фракций.

Отсутствие общей экономической стратегии проявляется и в хаосе заявлений представителей власти. Премьер-министр наконец согласился с нашими призывами создать Экспортно-кредитное агентство и сказал, что его учредителем выступит государственный Укрэксимбанк.

Минэкономразвития поддержало идею, НБУ — категорически против. Это ужасно, поскольку без быстрых и слаженных действий власти результатов не будет.

Необходимость общей стратегии

На основе каких активов и с каким набором функций создавать государственные банки — тема отдельного разговора. Чтобы ответить на остальные вопросы, нужно сначала создать общую экономическую стратегию страны.

Правительство давно обещало представить стратегию развития госбанков. 8 февраля на круглом столе замминистра финансов Артем Шевалев заявил, что «не задание акционера (государства) указывать госбанкам, где и как им работать».

По его словам, ключевой вопрос — это корпоративное управление в госбанках: прозрачность и политическая изолированность. Он отметил, что главное для государства как акционера — финансовый результат, прибыль и капитализация.

Честно говоря, это ужасно. Надеюсь, Шевалев высказал не все свои мысли. Иначе выходит, что правительство не понимает своих задач. Плохо, что эксперты до сих пор не раскритиковали такие упрощенные подходы.

Мы поддерживаем необходимость повышения качества управления госбанками, о котором говорят в Минфине и НБУ. Это необходимо, но это не самое важное.

У нашей страны осталось слишком мало инструментов, чтобы вырваться из «ловушки бедности», когда даже временное возвращение экономического роста лишь увеличивает количество бедных и степень расслоения, ослабляя страну.

Мировой опыт показал, что риски коррупции в использовании политиками бюджетных субсидий через госбанки велики. Однако надо системно бороться с коррупцией во всех сферах. Разве это аргумент для того, чтобы опустить руки и смириться с печальным будущим нашей страны?

Как говорит мой знакомый эксперт, никто не ломает теплицы, если там начинают расти сорняки. Их просто пропалывают и продолжают получать большие урожаи.

Предложения «все продать» понятны, но тогда давайте продадим суды и прокуратуру — там коррупции еще больше. Эта коррупция куда сильнее вредит нашему инвестиционному климату, но мы же не отказываемся от этих функций государства. Так почему же мы отказываемся от тех немногих рычагов, которые еще остались у Украины для поворота на принципиально новую траекторию?

Понятно, госбанки не панацея, а лишь один из инструментов. Я не утверждаю, что созданные нами институты заработают прямо сейчас. Однако надо начинать сегодня, чтобы они заработали через несколько лет.

На их примере я хочу показать более важные вещи: лишь системные усилия по изменению структуры экономики могут дать результаты. Именно это должно стать ключевым в нашей стратегии развития госбанков.

* * *

Колонка є видом матеріалу, який відображає винятково точку зору автора. Вона не претендує на об’єктивність та всебічність висвітлення теми, про яку йдеться.

Точка зору редакції «Економічної правди» та «Української правди» може не збігатися з точкою зору автора. Редакція не відповідає за достовірність та тлумачення наведеної інформації і виконує винятково роль носія.

Все про: банки, правительство, законодательство

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.